15:36 

квазар
Путь к истинной оценке произведений искусства — это путь одиночества. Запереться в своей комнате с книгой, с картиной, с песней на два-три дня, изучить их повадки, проследить их странности, довериться им и заслужить их доверие, делить с ними какое-нибудь переживание: горе, сновидение, тоску.

04:00 

квазар
Новая зависимость - кола 0 (
______
Самый дурацкий час - перед тренировкой. Вот это вот "ну надо уже пойти", натягивание формы, 3 квартала до зала, раздевалка-вода-лестница...Это самое сложное. Далеко не всегда я лечу в зал на крыльях. Сейчас еще и в соплях, тащить себя иногда приходится силой. Уговаривая, ну, мол, легонечко что-нибудь сделаю - и свалю, сегодня явно не мой день бла-бла...
До второго-третьего подхода.
Самые продуктивные, самые тяжелые, самые горячие тренировки случаются часто именно в такие дни.
Легких, впрочем, у меня не бывает. Но если это ноги, то тут привет. Вот как сегодня.
Как же становится легко и хорошо через полчаса. А уж через два я выхожу, забыв простуду, тяжесть тела, бремя тушки и тп)

05:10 

квазар
26.05 получила свою первую медаль. Никаких медалей до этого у меня не было, а тут еще и с бело-голубой ленточкой. И диплом. И свиток от В. с признанием в любви, нарисованный разноцветными фломастерами. Уезжать/переезжать буду с трофеями...Хотя главные внутри. Иду по Лакросе и думаю, насколько нереальным мне будет казаться этот такой привычный сейчас путь до метро или пилона.
Как из деревни сном казалась Патагония.
Сейчас Перу кажется и вовсе миражом.

Парадокс: очень холодно. Мягкий климат в сравнении с РФ? Ха. Как непросто было привыкнуть к лету, непросто и сейчас - сыро и холодно. 8-14 градусов, как дома, так и на улице. Хотя да, температурный разбег гораздо уже.
Всего на неделю выпала из трен.графика - и какой регресс..Давно не было такой крепатуры.

Не бегаю сто лет. В Москве бегали в минус! Потому что из-под одеяла выходишь в тепло, есть отопление. Соответственно, первый этап - выход из постели - не представлял такую проблему.
Зима уютна, в домике - тепло. Здесь домиком становится постель, и даже этот барьер непреодолим. А уж на улицу выйти...

05:39 

Mahler: Adagietto Symphony 5

квазар
Настроение Chet Baker, Almost blue. Тирренское море - замкнусь, онемею..
Хочется только дышать и чувствовать. Не иметь. Как захотеть иметь?..
Еще чуть-чуть. Я не помню запах морозного утра. Свежего снега. Гор. Зимы...пушкиногорья. Пожалуй, ради этого стоит продлиться еще на какое-то время. Мне крайне важно знать - каждый день - зачем я все еще просыпаюсь.
Выходя в мир, я не понимаю, как они не сходят с ума. Как, после всей этой панорамы, как, после всего этого чувственного опыта, как после всех этих игр сознания - можно туда добровольно вернуться? И что же выбрать?..
Вчера словила - сразу утеряв, едва осознала, что - оно - мгновение небытия. Меня не стало. Да, так оно и будет.
Сразу отломилось, как острый наконечник.
Неужели неясно, что я не всерьез?..Неужели хоть что-то теперь можно принимать всерьез?
Уткнусь в себя, начну разминать затекшие ткани. И так помаленьку оттаю...
странно спать в твоих руках
Остальное - неверно, ненаверно.
Мы идем по Коррьентес, и я уже забыла, как выглядят женщины, всю неделю я да дюжина баронов за столами, и теперь еще - тут - Вы..
- идем, сплетая пальцы, мне нравится это ощущение, все остальное можно смахнуть, как крошки со стола
лицо, изрезанное линиями жизни
Из гигабайтов фотографий, из тысяч проделанных вдохов-выдохов главные - те немногие, в которых - ...
все мои тексты состояли бы из <слово пропущено>
поэтому не пишу
здесь - не пишу. даже не рассказываю. просто смотрю и вижу плывущие мимо обломки, обрывки. и пытаюсь цеплять их рукой. словом.
такие странные...стоит мне подойти к окну и сфотографировать - орут "становись фотографом". стоит сказать, что пытаюсь чему-то подобрать слово, сижу и долго жую формулировку - записывают в писатели или мыслители...забавныяя...
Грустно...отчего? От нестыкновения. Нестыкновенности! От громадности этого зияния. От колоссальности этого пространства, за которое мне бы быть - и я есть - благодарной.
и которое всегда будет между мной и кемугодно.

Грустно еще и оттого, что мы больше не вернемся в дом на краю земли. Потому что у всего свое время и свои сроки. И так должно быть. Мне не хотелось бы заездить эту пластинку. Я люблю рутину с собой, я заранее презираю ее - с вами. Нет, только не она.
С вами - только лучшие версии и лучшие моменты. Оттуда я тащу к себе - на переработку. Только так.

ну и неделька. спасибо. иногда и меня следует вытряхивать из моего кокона.
какие красивые руки

02:54 

квазар
ну все, снесли мой тихий домик...
вихрь до конца недели. через час прилетает М. невероятно
поеду в микроцентр. тут по улицам после 21 ходить особо не хочется...

04:56 

квазар
Остранение. Сиддхартха. Аида.
Позавчера был нерядовой день..
вчера тоже
мурашки на площади у Колона, артисты в окне
потеплело
прозрачно и тепло, свежо...осень
луна
мостовые Сан-Тельмо
пиццерия на старинной улочке и снова - луна
"Usted lucía espléndida, más brillante que la luna...y San Telmo, rendido a sus pies. Voy a volver a leer Aida. Qué lindo estuvo ayer, no?.."
Останавливаюсь напротив обелиска. Машины, вечерняя вьюга мегаполиса, луна застряла меж высотками, останавливаюсь, захлебываясь визуальным...Нет, я слишком псих, да? Ну Вы только посмотрите на это. И отчего, откуда и зачем мне эта острота восприятия? Чрезмерно, почти ранит, такое...
И кругом плещется обыденность
и в ней же - чудо. Пытаюсь передать, пытаюсь...
Чувствую себя порой героем рассказа Пхенц.

и сегодня снова нерядовой..жуткая сцена у Д. Люди дети. люди-гормоны. как им больно, как несносно.
Люди обдирают друг о друга кожу, набивают синяки, и делают это оголтело и неудержимо..
Торчу в свидетелях, а что я могу еще?..
Теперь и снова у меня в руках плачет тело, мужское. ухожу. разберутся. выбрали друг друга - так продолжайте ежеминутно выбирать. или - проститесь. но эти муки, страданья и нытье...

завтра снова нерядовой день.

"Пока Вы там будете отсутствовать, я приглашу на свидание какую-нибудь из шапочек из бассейна...- Давайте, и возвращайтесь, но всегда - улучшенным! - это невозможно, ведь я - совершенство!"

"Вы скучаете? - Иногда. Это был колоссальный опыт. Опыт истории в себе, самой по себе, самой о себе. Когда...это как...перевожу взгляд на пиццу...- как ешь пиццу, не споря о том, какой формы будет впоследствии к..в унитазе!!!Когда жуешь ее - и все, здесь и сейчас"

желтые листья, черный асфальт. красиво

долгаядолгаядолгая жизнь

а я теперь с новым погонялом - "Атлет18"

меня продолжают засылать подегустировать от разных-разных жизней. что ж.

03:16 

квазар
коридор, выход из которого ведет в тот единственный дневной мир, который тебе известен, и чем лучше ты с ним знаком, тем реже дверь твоей комнаты будет раскрываться куда-то еще, в места, названия которых ты не знаешь и не узнаешь никогда, потому что уже давно похож на человека, стоящего на подножке разгоняющегося трамвая и думающего, что чем быстрее тот едет, тем труднее будет спрыгнуть и пойти своей дорогой, пока слова «своя дорога» еще сохраняют некоторый смысл, а точнее – отблеск понятного когда-то смысла, иногда мелькающий в глазах стоящих рядом, но раз они все-таки едут дальше, то, наверно, на что-то надеются, а они думают то же самое, глядя на тебя, пока один разливает по чашкам водку, а другой пытается играть на гитаре, под которую так надежно затвердевает вокруг тот мир, который ты выбрал, не успев ни с чем его сравнить и поняв только, что все в нем случается крайне быстро, а время суровое и величественное, и хоть Утесов поет, что тот, кто с песней по жизни шагает, тот никогда и нигде не пропадет, люди пропадают целыми оркестрами, так и не дошагав туда, куда они шли
________
в дополнение про тренировку:
"осень жизни, осень жизни..," а стесняшки как у подростка! и комплексы.
"я не буду отклячивать попу!"
садимся как на стул, говорю, и ни в коем случае не коленями вперед, и без скручивания грудной клетки. ..стесняется!

16:19 

квазар
Удивительно. В этой же камере жил когда-то маленький зэк, видевший все это, а сейчас его уже нет. Видно, побеги иногда удаются, но только в полной тайне, и куда скрывается убежавший, не знает никто, даже он сам.

Нелюбителям Пелевина (вцелом, не вдающимся), возможно, стоит начать с рассказов.
_____
Вчера провела О. вводную тренировку. Волновалась, потому что а) обучение было 2г назад и на другом языке б) после этого и всегда я тренирую только себя, и теперь уже непросто вернуться на полный ноль, вжиться и пояснять оттуда в) ответственность педагога и желание быть лучшим.
Потом получила вотсап-апологию )

17:01 

квазар
Он смотрел, как Ричард Гордон, пошатываясь, шел по улице и наконец скрылся в тени больших деревьев, ветви которых спускались так низко, что вросли в землю, точно корни. В мыслях профессора Мак-Уолси при этом было мало приятного. Это смертный грех, подумал он, тяжкий и незамолимый грех, и величайшая жестокость, и если даже формально все это в конце концов может быть узаконено религией, я сам не могу себе этого простить. С другой стороны, хирург не может прерывать операцию из страха причинить пациенту боль. Но почему все эти операции в жизни делаются без наркоза? Если бы я был лучше, чем я есть, я позволил бы ему избить меня. Ему бы стало легче от этого. Бедный, глупый человек. Бедный, бездомный человек. Мне не надо было отпускать его, но я знаю, что это для него слишком тяжело. Я полон стыда и отвращения к самому себе, и я жалею о том, что сделал. Все это еще может обернуться очень скверно. Но не нужно думать об этом. Я сейчас опять прибегну к наркозу, который спасал меня семнадцать лет, но теперь уже скоро мне не понадобится. Хотя возможно, что это уже стало пороком и я только придумываю для него оправдания. Но, во всяком случае, я к этому пороку хорошо приспособлен. Если б только я мог как-нибудь помочь этому бедному человеку, которого я обидел.

04:53 

квазар
– Давно это с вами?

– По-моему, всю жизнь, – сказал Спелмэн. – Уверяю вас, это единственная возможность быть счастливым в наше время. Какое мне дело до того, как стоят акции «Дуглас Эйркрафт»? Или Телеграфно-телефонной компании? Меня все это не касается. Я читаю какую-нибудь из ваших книг, или пью, или смотрю на фотографию Сильвии, и я счастлив. Я – как птица. Я даже лучше птицы. Я… – Он помедлил, подыскивая слова, потом сразу заторопился. – Я хорошенький маленький аист, – выпалил он и покраснел.

04:47 

квазар
Взметнутся голуби гирляндой черных нот.
Как почерк осени на пушкинский похож!
Сквозит, спохватишься и силы соберешь.
Ты старше Моцарта, и Пушкина вот-вот
Переживешь.
Друзья гармонии, смахнув рукой со лба
Усталость мертвую, принять беспечный вид
С утра стараются, и всё равно судьба
Скупа, слепа,
К ним беспощадная, зато тебя щадит.
О, ты-то выживешь! залечишь – и пройдет.
С твоею мрачностью! без слез, гордясь собой,
Что сух, как лед.
А эта пауза, а этот перебой —
Завалит листьями и снегом заметет.
С твоею тяжестью! сырые облака
По небу тянутся, как траурный обоз,
Через века.
Вот маска с мертвого, вот белая рука —
Ничто не сгладилось, ничто не разошлось.
Они не вынесли, им не понятно, как
Живем до старости, справляемся с тоской,
Долгами, нервами и ворохом бумаг…
Музейный узенький рассматриваем фрак,
Лорнет двойной.
Глядим во тьму.
Земля просторная, но места нет на ней
Ни взмаху легкому, ни быстрому письму.
И всё ж в присутствии их маленьких теней
Не так мучительно, не знаю почему.

19:01 

квазар
Я шел вдоль тяжелой припухлой реки,
Забывшись, и вздрогнул у моста Тучкова
От резкого запаха мокрой пеньки.
В плащах рыбаки
Стояли уныло, и не было клева.
Свинцовая, сонная, тусклая гладь.
Младенцы в такой забываются зыбке.
Спать, глупенький, спать.
Я вздрогнул: я тоже всю жизнь простоять
Готов у реки ради маленькой рыбки.
Я жизнь разлюбил бы, но запах сильней
Велений рассудка.
Я жизнь разлюбил бы, я тоже о ней
Не слишком высокого мнения. Будка,
Причал, и в коробках - шнурочки червей.
Я б жизнь разлюбил, да мешает канат
И запах мазута, веселый и жгучий.
Я жизнь разлюбил бы - мазут виноват
Горячий. Кто мне объяснит этот случай?
И липы горчат.
Не надо, оставьте ее на меня,
Меня на нее, отступитесь, махните
Рукой, мы поладим: реки простыня,
И сладки на ней, и слепящие нити
Дождливого дня.
Я жизнь разлюбил бы, я с вами вполне
Согласен, но, едкая, вот она рядом
Свернулась, и сохнет, и снова в цене.
Не вырваться мне.
Как будто прикручен к ней этим канатом.

16:16 

квазар
Вчера О. пытался обучить меня кроллю. Сказал, для первого занятия более чем хорошо. Скучно это, ножками по воде молотить. Брассом куда энергичнее, продуктивнее и увлекательнее как-то.

15:20 

квазар
И новою предстала жизнь. Он не пытался, как прежде, запечатлеть словами увиденное, да и не было таких слов на все еще бедном, все еще скудном человеческом языке. То маленькое, грязное и злое, что будило в нем презрение к людям и порою вызывало даже отвращение к виду человеческого лица, исчезло совершенно: так для человека, поднявшегося на воздушном шаре, исчезают сор и грязь тесных улиц покинутого городка, и красотою становится безобразное.

И новыми предстали люди, по-новому милыми и прелестными показались они его просветленному взору. Паря над временем, он увидел ясно, как молодо человечество, еще вчера только зверем завывавшее в лесах; и то, что казалось ужасным в людях, непростительным и гадким, вдруг стало милым,- как мило в ребенке его неумение ходить походкою взрослого, его бессвязный лепет, блистающий искрами гениальности, его смешные промахи, ошибки и жестокие ушибы..

03:36 

квазар
22:10 

о да

квазар
На суде близость товарищей привела Каширина в себя, и он снова, на мгновение, увидел людей: сидят и судят его и что-то говорят на человеческом языке, слушают и как будто понимают. Но уже на свидании с матерью он, с ужасом человека, который начинает сходить с ума и понимает это, почувствовал ярко, что эта старая женщина в черном платочке -- просто искусно сделанная механическая кукла, вроде тех, которые говорят: "па-па", "мама", но только лучше сделанная. Старался говорить с нею, а сам, вздрагивая, думал:
"Господи! Да ведь это же кукла. Кукла матери. А вот та кукла солдата, а там, дома, кукла отца, а вот это кукла Василия Каширина".
Казалось, еще немного и он услышит где-то треск механизма, поскрипывание несмазанных колес. Когда мать заплакала, на один миг снова мелькнуло что-то человеческое, но при первых же ее словах исчезло, и стало любопытно и ужасно смотреть, что из глаз куклы течет вода.

17:43 

квазар
Точно его оголили всего, как-то необыкновенно оголили -- не только одежду с него сняли, но отодрали от него солнце, воздух, шум и свет, поступки и речи. Смерти еще нет, но нет уже и жизни, а есть что-то новое, поразительно непонятное, и не то совсем лишенное смысла, не то имеющее смысл, но такой глубокий, таинственный и нечеловеческий, что открыть его невозможно. -- Фу-ты, черт! -- мучительно удивлялся Сергей.- Да что же это такое? Да где же это я? Я... какой я?
Оглядел всего себя, внимательно, с интересом, начиная от больших арестантских туфель, кончая животом, на котором оттопыривался халат. Прошелся по камере, растопырив руки и продолжая оглядывать себя, как женщина в новом платье, которое ей длинно. Повертел головою -- вертится. И это, несколько страшное почему-то, есть он, Сергей Головин, и этого -- не будет. И все сделалось странно.
Попробовал ходить по камере -- странно, что ходит. Попробовал сидеть -- странно, что сидит. Попробовал выпить воды -- странно, что пьет, что глотает, что держит кружку, что есть пальцы, и эти пальцы дрожат. Поперхнулся, закашлялся и, кашляя, думал: "Как это странно, я кашляю?.
?Да что я, с ума, что ли, схожу! -- подумал Сергей, холодея.- Этого еще недоставало, чтобы черт их побрал!"
Потер лоб рукою, но и это было странно. И тогда, не дыша, на целые, казалось, часы он замер в неподвижности, гася всякую мысль, удерживая громкое дыхание, избегая всякого движения -- ибо всякая мысль было безумие, всякое движение было безумие. Времени не стало, как бы в пространство превратилось оно, прозрачное, безвоздушное, в огромную площадь, на которой все, и земля, и жизнь, и люди; и все это видимо одним взглядом, все до самого конца, до загадочного обрыва -- смерти. И не в том было мучение, что видна смерть, а в том, что сразу видны и жизнь и смерть. Святотатственною рукою была отдернута завеса, сызвека скрывающая тайну жизни и тайну смерти, и они перестали быть тайной,- но не сделались они и понятными, как истина, начертанная на неведомом языке. Не было таких понятий в его человеческом мозгу, не было таких слов на его человеческом языке, которые могли бы охватить увиденное.

15:05 

квазар
Было дико и нелепо. Впереди стояла смерть, а тут вырастало что-то маленькое, пустое, ненужное, и слова трещали, как пустая скорлупа орехов под ногою. И, почти плача -- от тоски, от того вечного непонимания, которое стеною всю жизнь стояло между ним и близкими и теперь, в последний предсмертный час, дико таращило свои маленькие глупые глаза, Василий закричал:
-- Да поймите же вы, что меня вешать будут! Вешать! Понимаете или нет? Вешать!

22:15 

квазар
Нет, никоторое из двух:
Кость слишком - кость, дух слишком - дух.
Где - ты? где - тот? где - сам? где - весь?
Там - слишком там, здесь - слишком здесь.


Даже не объем..
Просто не могу, не могу, когда я в контакте - выносить контакты "местные", мне так душно, так мелко, так бесцельно, так скучно, так...извечно. Оттого я предпочту штангу, шест или теперь вот думаю навестить бассейн - лишь бы не тянули в разговоры. Не хочу, не хочу. Горький привкус утраченного времени в этих разговорах меня преследует. А тут это - социальная традиция.
А я смотрю на эти коричневые кленовые листья, лежащие на полу моего патио, и это - занятие. Если - целиком, когда вбирает.
Собеседники те же, но если я там - то я не здесь, а если я здесь..
Ну такую фигню жуем. И дело не в "интеллектуальности", начитанности и прочем количестве "прожеванного-переваренного". О нет., тут я сразу ложусь на лопатки. А в объеме, дыхании, насыщенности, опыте, умении и навыках с ним работать, степени самопогруженности, самоосознанности, работы с собственным сознанием, умение видеть себя - и другого, слышать, чувствовать, настраивать ритм и темп контакта, ловить запрос, отстраивать связь... итдитп, короче вся эта ерунда, которой я только и занималась все эти годы, и вечно . -в учениках, вечно в дилетантиках.

21:54 

квазар
Вскрыла жилы: неостановимо,
Невосстановимо хлещет жизнь.



Соревнования откладываются...Буду просто пытаться всегда быть почти готовой, чтобы за пару недель в случае чего успеть подвестись. Эти выходные отдыхаю, восстанавливаю системы.


Подхожу к дому, из окна С. как обычно кидает мне ключ. А наверху, на крыше - В, в шаге от обрыва плоскости, а в глазах ревущее отчаяние.
Захожу в комнату, заношу молчание и присутствие, попутно замечая в себе уровень стресса - недостаток навыка мгновенной реакции перед эмоциональными ситуациями (его и не может хватать, потому как это ежемоментное "ощупывание" спутника по ситуации на его конкретный запрос, нужду, требования - ко мне), по-пластунски вбрасываюсь через баррикады двухэтажной кровати, ко мне навстречу вьются две белых руки, обжимают. Молча излучаю, слова разбежались.
Впрочем, нет слов оттого, что нечего в них одеть. Тут их просто нет, в пространстве данной ситуации. Первые секунды судорожно топчусь (сознание) на месте, затем отпускаю, вхожу в нужное состояние, главное - ловить.
Минут через пять нащупываются и слова: "Как вкусно пахнут твои волосы".
Снять с подоконника, отвести в сторону, положить, чуть надавить - чтобы вытекло. Потом уже зашивать, долго...

Какой же складной язык - испанский. Конструктор! Русский - рассусоливающий.

Уверенные в себе цельные личности выдают конкретную реакцию-решение мгновенно. Позицию, мнение, отношение. Я ухожу с вопросом за плечами и иду, раскладывая то так то эдак. Пока разложу, десяток империй расцвел и рухнул во мрак..

пока разложу, уже не надо, в общем. Идеала не надо, там жизнь хлещет.

Изгиб горы, сламываешься на излет склона, кладешь себя почти параллельно плоскости, вот-вот, еще чуть-чуть...И доска хватат тебя и смывает с опасного угла, несет, несет.
Три года я не летала на доске.

А еще - открытие в связи с кофе. А я-то думаю, как приятно, некислый, насыщенный какой кофе мне тут подают.

come on over, do the twist

главная